Зона начинается с армейского блокпоста. Это известно каждому. Проникнуть в Зону можно разными путями. Можно подкупить часовых. Но это не защитит тебя от выстрела в спину. Можно найти брешь в окружающем Зону кордоне.
Кто‑то, собравшийся раньше всех, взял дробовик и вышел за дверь. Снаружи раздались выстрелы. Дверь снова распахнулась.
– Помощь нужна, – негромко, по‑деловому обратился к собравшимся разведчик.
Доктор и его странный спутник место для ночлега не искали. Они точно знали, куда идут, и, как только пришли, остановились. В самом деле, почему не заночевать в яме, оставшейся на месте с корнем вывернутого из земли огромного дерева, при жизни похожего одновременно на дуб и на клен?
В эту ночь Штырю приснился очень странный сон.
Сны ему снились и прежде. Разные – приключенческие и эротические, провидческие и фантастические, футуристические и абсурдистские, маньеристские и кавалеристские, демографические и порнографические, эзотерические и эксгибиционистские, кубистские и пуантеистские, научно‑популярные и профессионально‑образовательные, авангардистские и приземленные, а также совершенно бессмысленные.
Штырь едва не свалился с дерева, когда наконец рассмотрел, что за спутника выбрал себе Доктор. И непременно бы свалился, если б не пристегнулся загодя ремнем к стволу ‑разумная предосторожность, когда ночуешь на дереве.
Прихрамывая на онемевшую ногу. Штырь едва поспевал за Доктором. А тот словно и не замечал этого, – шел себе и шел, палкой помахивая. Даже не оглянулся ни разу, хотя порой и обращался к Штырю с вопросами.
Химеры не было видно, но Бенито чувствовал, она где‑то рядом.
Зомби присел на корточки и прислонился спиной к стволу неизвестного дерева, поросшему синеватым мхом.
Вскоре лес начал редеть, впереди забрезжил просвет. Доктор ускорил шаг, да и Штырь заметно повеселел. Теперь уже сталкер почти поверил в то, что им удалось провести кровожадную химеру, подсунув вместо деликатесной человечинки подтухшее мясо зомби.
Штырь готов был позабыть усталость и превозмочь боль, лишь бы только к ночи оказаться под крышей и за дверью, запертой на засов Но у Доктора, как оказалось, были другие планы.
Поначалу Штырь пытался запоминать дорогу – считал шаги, отмечал повороты, обращал внимание на то, идут они по воде или посуху, – но очень скоро оставил эту бессмысленную затею. Все вытеснила усталость.
Сколько всего комнат было в доме Болотного Доктора, Штырь так и не понял. Они снова прошли через темное помещение, соседствующее с операционной, вышли в столовую, где уже успел прибраться Бени‑то, – поскольку в комнате зомби не было.
Проснулся Штырь, только когда гулко ударилась о пустую бочку распахнутая дверь подсобки.
То есть проснулся Штырь, спавший в подсобке открытого кафе поселка Пункт‑22.
Конечно, сон Штыря был не таким подробным и обстоятельным, как сама история его проникновения в Зону. Но ключевые моменты он видел ясно и четко. А фантастические элементы, которые обычно наслаиваются во сне на реальные события, на этот раз почти не проявились.
Накинув куртку и прихватив автомат. Штырь вышел на крыльцо.
При свете дня дня болото уже не казалось, как ночью, зоной кошмаров. Ужас отступил вместе с темнотой, уступив место отчужденной загадочности и противоречивой нереальности.
Чего ж тут было не понять?
Штырь даже и не рассчитывал на подобную удачу.
Доктор сделал предложение, отказаться от которого было бы верхом идиотизма. Всего лишь сделав вид, что он еще не пришел к окончательному решению.
Вторая причина, по которой бегство из домика на болоте с винчестером за пазухой скорее всего закончилось бы для Штыря неудачей, заключалась в том, что сталкер‑неофит почитай что ничего не знал о болоте, через которое ему предстояло пройти.
Придя в себя. Штырь никак не мог вспомнить, что же его так напугало. Ну да. Док говорил о каком‑то путнике, который может устроить страшное разрушение, ежели вынырнет из болота прямо под домом.
Первая научная экспедиция отправилась в Зону спустя четырнадцать месяцев после ее образования. К тому времени там уже вовсю хозяйничали банды и группировки, ставившие перед собой самые различные, чаще всего совершенно безумные цели и задачи. Одни считали Зону олицетворением вселенского Зла, которое необходимо уничтожить любым способом. Другие видели в ней величайшую из загадок мироздания.
Время ничего не значит в двух случаях: когда ты не знаешь, чем заняться, и когда каждая минута может стать для тебя последней. Удивительно, но это так. Хотя на первый взгляд между двумя этими ситуациями нет абсолютно ничего общего.
Проснувшись, Доктор сразу включил фонарик. Первым, что он увидел, оказалась морда склонившегося над ним кровососа. Щупальца, извиваясь самым причудливым образом, скользили над лицом Доктора, как будто желая, но не решаясь его коснуться.
– Эй, ты никак гнусность затеял? – произнес с укоризной Доктор. – А я – то думал, мы подружились.
Выброс случился ночью.
Штырь узнал об этом за завтраком. Вопреки обыкновению, на стол было подано не вчерашнее ирландское рагу, а омлет, сотворенный из смеси двух порошков – яичного и молочного. Омлет получился совершенно безвкусный, хорошо еще, что соленый, – Доктор регулярно забывал посолить то, что готовил.
Доктор с Бенито сидели на верхней ступеньке крыльца, глядя вслед убегающему прочь от дома сталкеру.
– И что теперь с ним будет? – спросил зомби.
– Часа через два придет в себя. Вернется, станет просить прощения. Будет говорить, что мы неверно его поняли, что он хотел совсем другого… Ну, сам знаешь, чесать языком он мастер.
– А если не вернется?
Доктор насмешливо посмотрел на Бенито.
– Тогда я ничего не понимаю в людях. Запомни это и напоминай мне, когда я буду об этом забывать.
